Тема 2. ПСА. Новгородская и Псковская судные грамоты.

Содержание учебного материала Феодальная раздробленность Руси и возникновение конгломератов. Особенности Галицко-Волынского и Ростово-Суздальского княжества. Новгородская и Псковская феодальные республики. Республика и княжеская власть. Административное устройство республики и структура вечевых органов. Высшие органы управления. Вече. Господа. Князь. Архиепископ. Посадник. Тысяцкий. Местное управление. Судебные органы. Особенности общественного устройства феодальных республик. Боярство. Житьи люди. Своеземцы. Духовенство. Купцы и ремесленники. Крестьяне. Холопы. Источники права. Новгородская и Псковская судные грамоты. Княжеские грамоты. Вещное право. Право собственности. Движимое и недвижимое имущество. Владение. Залоговое право.  Виды обязательства и формы их обеспечения. Виды и формы заключения договоров. Право наследования. Брак и семья. Уголовное право: понятие преступления, состав преступления. Система преступлений и наказаний. Цели наказаний. Судопроизводство. Органы и лица, осуществляющие правосудие. Обвинительно-процессуальный процесс. Виды доказательств. Формы судебных решений. Приговор и его исполнение. Русские государственные образования в составе Золотой Орды. Основные черты монгольского государства и права и их влияние на русское государство и феодальное право. Великая Яса Чингисхана (1206).

Практические занятия Занятие 1 1.   Общая характеристика Псковской судной грамоты и правовое положение зависимого населения 2.   Гражданское право. 3.   Уголовное право. 4.   Процессуальное право. Занятие 2 1.     Вещное право 2.     Виды обязательства и формы их обеспечения. 3.     Судопроизводство.

Подготовка конспектов на практическое занятие.

Написание эссе. 

Феодальная раздробленность Руси и возникновение конгломератов. Особенности Галицко-Волынского и Ростово-Суздальского княжества. Новгородская и Псковская феодальные республики.

Факторы, вызвавшие распад Киевской Руси, разнообразны. Сложившаяся к этому времени система натурального хозяйства способствовала изоляции отдельных хозяйственных единиц (семья, община, удел, земля, княжество). Каждая из них была самообеспечивающейся, потреблявшей весь продукт, который она производила. Товарный обмен практически отсутствовал. Наряду с экономическими предпосылками раздробленности существовали и социально-политические. Представители феодальной верхушки (боярство), превратившись из военной элиты (дружинников, княжьих мужей) в землевладельцев, стремились к политической самостоятельности. Шел процесс оседания дружины на землю. В финансовой области он сопровождался превращением дани в феодальную ренту. Условно эти формы можно разделить следующим образом: дань взималась князем на том основании, что он являлся верховным правителем и защитником всей территории, на которую распространялась его власть; рента взималась собственником земли с тех, кто проживал на этой земле и пользовался ею. В этот период изменяется система государственного управления — десятичная заменяется дворцово-вотчинной. Формируются два центра управления — дворец и вотчина. Все придворные чины (кравчий, постельничий, конюший и др.) одновременно являются государственными должностями в пределах отдельного княжества, земли, удела и проч.

Наконец, в процессе распада относительно единого Киевского государства важную роль сыграли внешнеполитические факторы. Вторжение татаро-монголов и исчезновение древнего торгового пути «из варяг в греки», объединявшего вокруг себя славянские племена, довершили распад. В XIII в. Киевское княжество, серьезно пострадавшее от монгольского нашествия, утратило свое значение славянского государственного центра. Еще в XII в. от него отделился целый ряд княжеств. Образовался конгломерат феодальных государств: Ростово-Суздальское, Смоленское, Рязанское, Муромское, Галицко-Волынское, Переяславское, Черниговское, Полоцко-Минское, Турово-Пинское, Тмутараканское, Киевское, Новгородская земля. Внутри этих княжеств складывались более мелкие феодальные образования, наблюдался процесс дробления.

В XIII—XIV вв. политический центр Руси под воздействием многих обстоятельств, главным из которых являлось вторжение монголов, перемещается с юго-запада на северо-восток (в верховья Волги). Русь распалась на несколько независимых княжеств, каждое из которых претендовало на титул великого. По-разному стала складываться и политическая ситуация в разных регионах Руси. После смерти кн. Ярослава (1054) вся территория Киевской Руси была разделена между его сыновьями. Постоянный рост числа членов княжеской династии и дробление земельных наделов, им принадлежавших, сопровождались непрерывными политическими и военными столкновениями (в которых, нередко, стороны прибегали к помощи иноземцевполяков, венгров и др.). Попытки кн. Владимира Мономаха сохранить единство Киевской державы имели временный успех, после его смерти (1125) Русь окончательно распадается. После взятия Киева войсками Андрея Боголюбского (1169) политический авторитет города был утрачен. Уже в XII в. иноземные державы стремятся сталкивать разрозненные русские княжества в борьбе друг с другом — так Византия, вступив в союз с киевскими князьями, направляет их против галичан. Несколько ранее греки, используют суздальцев в конфронтации с киевлянами. В «Слове о полку Игореве» (XII в.) на распри между князьями указывается как на главную причину распада и бедствий Руси.

В XII—XIII вв. большое развитие получила система иммунитетов, освобождавших боярские вотчины от княжеского управления и суда. Установилась сложная система вассальных отношений и соответствующая ей система поземельной феодальной собственности. Бояре получили право свободного «отъезда» — право менять сюзерена. Судебная юрисдикция в этот период распадается на две сферы: судебная власть, защищающая общегосударственные интересы; права местных феодалов вершить суд по спорам своих людей. Порядок судебного разбирательства в отношении людей, проживавших на государственных землях, отличался от судебного порядка, применявшегося к людям, живущим на частновладельческих землях. Во всех удельных княжествах для рассмотрения дел, выходивших за пределы местной юрисдикции, образовывались так называемые сместные суды. Они представляли собой сочетание двух судебных систем: суда землевладельца, пользующегося иммунитетом, и суда княжеского наместника. Политическая организация древнерусских государств представляла собой сочетание монархического (князь), аристократического (совет при князе, боярство) и демократического (вече) правления. Сочетание этих трех элементов проявилось во всех княжествах, но их соотношение менялось в разных местах и регионах.

Монархический элемент был особенно сильным в северо-восточной Руси (Суздаль). Хотя здесь продолжали действовать и боярский совет, и городское собрание, власть князя оказалась наиболее сильной. Ростово (Владимиро) -Суздальское княжество, расположенное на северо-востоке Руси, позже стало центром объединения русских земель. В период феодальной раздробленности (после 30-х гг. XII в.) оно выступало в качестве конкурента Киева. Особенностями хозяйственной системы северо-восточных княжеств стали как разбросанность сельского населения по просторной, но сильно пересеченной лесами и реками, местности, так и незначительные размеры подворных пахотных участков. Постоянная готовность землепашцев к дальнейшей миграции сочеталась с значительно большим по сравнению с южными территориями Руси развитием сельских промыслов и разработкой лесных и речных угодий. Даже города, во множестве возникавшие на вновь осваиваемых землях, в значительной мере были связаны с сельскохозяйственным производством. Удаленность от традиционных торговых и международных торговых путей меняла характер городской экономики. Достаточно долго государственный центр северо-восточных земель не получал территориального закрепления: он перемещался между Ростовом, Суздалем, Владимиром и Тверью, пока не утвердился в Москве.

Отказавшись от переезда на Киевский престол, северо-восточные князья (прежде всех Андрей Боголюбский) изменили статус Владимирского княжества: получив титул «великого», оно заняло особое положение в конгломерате других русских княжеств. Кроме того князья этого княжества связали свой статус (власть и поземельную собственность) с вполне определенной территорией, которую они отказывались покинуть ради Киева. Это была их личная земля, их «вотчина», наследственное землевладение. Здесь они получили более широкие и не связанные киевской традицией права в управлении, назначении посадников в города, перераспределении уделов и волостей и т.п. Значительно усилилась власть князя и в его отношениях с городами (прежде всего вечевыми) и боярами-вотчинниками. С конца XII в. Суздальская земля явно преобладала над другими русскими княжествами. Это совпало с исчезновением принципа великокняжеского старшинства (действительного или договорного) и установлением на северо-востоке порядка, при котором младшие князья подчиняются Владимирскому князю, как вассалы сюзерену. Старшинство стало званием. И младшие князья здесь превращались в собственников своих уделов, которые они могли по своей воле и личному распоряжению передавать своим детям. Власть и землевладение сливались в единое право.

Первые князья (Юрий Долгорукий, Андрей Боголюбский, Всеволод Большое Гнездо) сумели сформировать крупный домен, из которого обеспечивали землей служилых бояр и дворян, создав для себя прочную социальную опору в их лице. Значительная часть земель княжества была освоена в процессе колонизации, новые земли становились собственностью князя. Он не испытывал сильной экономической конкуренции со стороны боярских семейств (в княжестве отсутствовали старая боярская аристократия и крупные земельные вотчины). Основной формой феодального землевладения становилось поместное землевладение. Для феодальной системы характерен ряд черт: раздробленность верховной власти и ее тесное слияние с землевладением; иерархическая организация общества со сложным переплетением вассальных связей; условность землевладения вообще, когда основной формой остается феод. Посредством жалованных грамот князья передавали своим вассалам ряд прав: на исполнение судебной власти, право суда в отношении всех проживающих на данной земле, право сбора с них налогов и пошлин.

Русские княжества в условиях политической раздробленности (XII—XV вв.) 

Великие князья своими жалованными грамотами обеспечивали независимость боярских и монастырских вотчин от местных властей (волостелей, тиунов, доводчиков), формируя их иммунитеты. Процесс измельчения уделов, число которых равнялось числу взрослых князей, принадлежавших к династии Рюриковичей, затронул все территории Руси. Раздробление вело к изоляции и ослаблению княжеской, власти, на их разобщенность указывает исчезновение междукняжеских съездов в XIII—XIV вв. Сами удельные князья начинают превращаться из верховных правителей, государей в землевладельцев своих вочин-уделов. Тесно привязанными к территории удела оказывались только холопы князя, свободные же люди, как «служилые», так и «черные», имели временные связи с данной территорией и князем, часто мигрируя и переходя из одного удела в другой. К служилым людям князя относились бояре и слуги вольные. Неопределенность и постоянная изменчивость границ уделов способствовали тому, что служилые люди не считали себя обязанными держаться за очерченную, определенную территорию, они рассматривали себя как часть более широкой социальной общности, распыленной по всей территории раздробленной Руси. Более остро они ощущали свое сословное, корпоративное единство, а свои служебные обязанности связывали не с землей, а с личными отношениями к князю (присяга, договор, личная верность). «Черные» (или тяглые) люди проживали и в городах, и в сельской местности, признавали власть князя, платили ему дань и подчинялись его юрисдикции. Однако все эти обязанности они выполняли, пока проживали на земле князя и пользовались ею. Князь считался собственником земли, а не верховным правителем, как в киевские времена. Чернотяглые люди, также как и служилые, могли в любое время покинуть территорию данного удела и переселиться в другой. Князь не являлся для них государем и волостелем — таковым он был лишь для своей челяди и холопов.

Вотчинный принцип в этот период вытесняет старые родовые отношения, укрепляются частно-правовые, владельческие начала. Крупное боярское землевладение разрывало на части древнюю общинную систему. Само понятие волость, прежде означавшее территориальную общину, приобретает иной смысл, обозначая административный округ, включающий боярские и дворянские имения, монастырские земли в пределах старинной волостной территории. Параллельно широко происходит процесс «закладничества», когда за удельного князя или боярина «закладывались», переходили под его контроль, целые села и волости.

Удельная вотчина включала три разряда земель: дворцовые, боярские и черные. Дворцовые земли обрабатывали главным образом несвободные люди — дворовые холопы-страдники. Земли могли отдаваться также в пользование вольным людям, смердам, половникам (работавшим «изполу», за половину урожая) и т.п. Черные земли отдавались в аренду или на оброк индивидуальным крестьянским хозяйствам или целым сельским общинам. По отношению к боярским землям князь считался верховным собственником, при этом право частной собственности на землю у боярина Фвотчинника не подвергалось сомнению. Князь мог передавать ему вместе с правом собственности другие верховные права на вотчину (судебные, налоговые льготы, административно-полицейские и проч.). (Подобная процедура передачи в западно-европейском средневековом праве называлась «оммаж».) По мнению В.О. Ключевского, в отличие от европейского феодализма в удельной Руси не произошло слияния служебных отношений с поземельными. Это проявилось в том, что бояре и вольные слуги на Руси могли, располагая земельной собственностью в одном уделе, служить князю другого удела. Это их право закреплялось в договорах с князьями (XIV в.). Вассальные отношения в том виде, как они существовали на Западе, большого развития на Руси не получили. Вместе с тем управление наследственными уделами становилось все более независимым от власти великих князей. Удельные князья управляли своими землями через бояр и вольных слуг, которым они передавали в «кормление» города, волости, села с правом осуществлять там административные, судебные и финансовые функции. Многие из служилых людей получали иммунитеты по налогам, повинностям и в сфере судопроизводства. Однако собственниками этих владений бояре и вольные слуги не становились, устойчивые правовые формы этих отношений остались невыработанными. Перемещение политического центра Руси с юго-запада на северовосток было связано не только с вторжением монголов, но и исчезновением древнего торгового пути «из варяг в греки». На новых землях торговая деятельность князей резко сократилась, сократились и денежные потоки. В XIII—XIV вв. отмечается господство натурального хозяйства. Значительно уменьшаются денежные вознаграждения и выплаты князей служилым людям, основным способом вознаграждения становится «кормление», пожалование доходных административно-судебных должностей.

Однако главным источником доходов служилых людей становится в это время именно землевладение. Расширяя свою земельную собственность, служилые люди стремились привлечь определенными льготами вольных крестьянских поселенцев или прикреплять к своей земле кабальных людей и холопов, создавая из них поселения земледельческих холопов-страдников. В период упадка южно-русских земель и подъема северо-восточных (Владимир, Суздаль, Москва) Русь из торгово-городской цивилизации превращается в землевладельческую. Слабые и раздробленные княжества, сформировавшиеся в северных лесах породили тот удельный порядок княжения, который сменил порядок очередной. По замечанию В.О. Ключевского, удельный порядок стал переходной политической формой, посредством которой Русская земля от единства национального перешла к единству политическому. История этого перехода есть история одного из удельных княжеств — Московского.

Социальной опорой князя были вновь образованные города (Владимир, Переяславль, Ярославль, Москва, Дмитров и др.). Политический авторитет княжества укрепился при переводе во Владимир резиденции митрополита. Власть в княжестве принадлежала князю, имевшему титул «Великий». •Существовавшие органы власти и управления аналогичны системам органов раннефеодальных монархий — княжеский совет, вече, феодальные съезды, наместники и волостели. Действовала дворцово-вотчинная система управления. В XI—XII вв. на Руси наблюдался быстрый рост городов, к XIII в. их число достигло трехсот. Города возникали как укрепленные пункты и торговые центры. Вокруг них образовывались поселения (сборы) и пригороды, некоторые из них позже приобрели статус города. Города становились центрами товарного производства и работы на заказ; зарождаются купеческие и ремесленные (цеховые) организации. Городские бояре («старцы градские») составляют патрициат городов; постоянно действующим органом становится вече. Города старой Руси были древними племенными центрами, в которых правила местная аристократия. Опираясь на вечевые (демократические) собрания она могла организовывать оппозиционные князю движения и акции. В XII—XIII вв. князья заключали договоры с городами, которые соглашались подчиниться их власти и контролю. При этом у городского самоуправления сохранялась значительная доля самостоятельности. Вновь образуемые на северо-востоке города сразу же подпадали под княжеский контроль. Монархический принцип управления наиболее отчетливо начал формироваться именно здесь: владимирские, а позже московские князья начали укреплять принцип самодержавия, опираясь при этом прежде всего на городские политические центры. Аристократический элемент был особенно развит на юго-западе Руси в Галицко-Волынском княжестве, где боярский совет имел определяющее влияние в политической жизни. Это обусловливалось отчасти воздействием некоторых принципов западного феодализма («вассал моего вассала — не мой вассал», широкая система иммунитетов и т.п.), проникающих через Польшу и Венгрию. Демократический элемент получил наибольшее развитие на территории города-государства Великого Новгорода, где сложилась своеобразная боярская республика, высшим официальным органом которой стало народное собрание — вече.

НОВГОРОДСКОЕ И ПСКОВСКОЕ ГОСУДАРСТВА. ПРАВО СЕВЕРО-ЗАПАДНОЙ РУСИ

Эти государственные образования сложились на северо-западе Руси. Для них характерны некоторые особенности общественного строя и феодальных отношений: значительный социальный и экономический вес новгородского (псковского) боярства, имеющего давние традиции, и его активное участие в торговой и промысловой деятельности.

Основным экономическим фактором была не земля, а капитал. Это обусловило особую социальную структуру общества и необычную для средневековой Руси форму государственного правления. Новгородское (псковское) боярство организовывало торгово-промышленные предприятия, торговлю с западными соседями (городами Ганзейского торгового союза) и русскими княжествами. Во внешних сношениях, при принятии важнейших политических решений (выборы князя, объявление войны и т.п.) Новгород выступал как единое персонифицированное лицо — «Господин Великий Новгород». Сам будучи своеобразной государственной корпорацией, Новгород состоял из множества корпораций (сословных, профессиональных и т.п.), разного уровня и размеров. Выборность, договор, представительство и другие принципы, положенные в основу его политического существования определили специфические для Руси формы его государственного, административного, территориального устройства. По аналогии с некоторыми регионами средневековой Западной Европы (Генуя, Венеция) в Новгороде и Пскове сложился своеобразный феодальный республиканский строй. Развитие ремесел и торговли, более интенсивное, чем в других русских землях (что объяснялось выходом к морям), потребовало создать более демократический государственный строй, основой которого стал довольно широкий средний класс новгородско-псковского общества: житъи люди занимались торговлей и ростовщичеством, своеземцы (своего рода хуторяне или фермеры) сдавали в аренду или обрабатывали землю, купечество объединялось в несколько сотен (общин) и торговало с русскими княжествами и с «заграницей» («гостями»). Городское население делилось на патрициат («старейших») и «черных людей». Новгородская государственность являла собой пример демократического городского управления. С городским центром была связана вся система административного и местного управления. Даже землевладение и землепользование как формы хозяйствования зависели от города: своеземцы, имевшие дворы в городах, приобретали земли в уездах, горожане осваивали сельскую местность. Кроме купеческих и ремесленных корпораций («братчин»), существовавших в городе на началах, аналогичных тем, что закреплялись в западно-европейском городском (в частности, Магдебургском) праве, в уездах создавались корпорации, товарищества и землевладельческие компании городских колонистов. Эти товарищества объединяли «сябров» и вкладников. Торгово-промышленная экономическая ориентация Новгорода подчиняла себе все виды хозяйственной деятельности существовавшие на территории государства. Купцы делали закупки сырья и продовольствия у крестьян и сябров, житьи люди финансировали эти производства под проценты и т.п. Хозяйственными центрами города были рынки, порт, товарные биржи. Новгородское крестьянство, так же, как и псковские и других русских земель, состояло из смердов-общинников, половников — зависимых крестьян, работающих «из полу» за часть продукта на господской земле, закладников («заложившихся»), поступивших в кабалу, и холопов.

Государственное управление Новгородом и Псковом осуществлялось через систему вечевых органов: в столицах существовало общегородское вече, отдельные части города (стороны, концы, улицы) созывали свои вечевые собрания. Формально вече было высшим органом власти (каждое на своем уровне), решавшим важнейшие вопросы в экономической, политической, военной, судебной и административной сферах. В вечевых собраниях участвовали все свободные люди города. К собраниям подготавливалась «повестка дня», кандидатуры избираемых на вече должностных лиц. Решения на собраниях должны были приниматься единогласно. Имелись канцелярия и архив вечевого собрания, делопроизводство осуществлялось вечевыми дьяками. Вечевые собрания собирались не периодически, но по мере необходимости и накопления требующих разрешения вопросов и по инициативе высших должностных лиц города. Вече принимало важнейшие законы, обсуждало и решало вопросы внутренней и внешней политики, рассматривало наиболее важные (в том числе политические) судебные дела. Вече приглашало или изгоняло князя, назначало высших чиновников города. Организационным и подготовительным органом (подготовка законопроектов, вечевых решений, контрольная деятельность, созыв вече) являлся боярский совет («Оспода»), включавший наиболее влиятельных лиц (представителей городской администрации, знатных бояр) и работавший под председательством архиепископа.

Высшими должностными лицами «Господина Великого Новгорода» были посадник, тысяцкий, архиепископ, князь. Посадник избирался на один-два года и руководил деятельностью всех должностных лиц; вместе с князем ведал вопросами управления и суда, командовал войском; руководил вечевым собранием и боярским советом; представительствовал во внешних сношениях. Тысяцкий занимался вопросами торговли и торгового суда, возглавлял народное ополчение. Архиепископ, кроме основной роли — главы церковной иерархии, был хранителем государственной казны, контролером торговых мер и весов. Князь приглашался гражданами на княжение; выполнял функции главнокомандующего и организатора защиты города; военную и судебную деятельность разделял с посадником. По договорам с городом (известно около 80 договоров XIII— XV вв.) князю запрещалось приобретать землю в Новгороде, раздавать землю новгородских волостей своим приближенным, управлять новгородскими волостями, вершить суд за пределами города, издавать законы, объявлять войну и заключать мир. Ему также запрещалось заключать договоры с иноземцами без посредничества новгородцев, судить холопов, принимать закладников из купцов и смердов, охотиться и рыбачить за пределами отведенных ему угодий. В случае нарушения договоров князь мог быть изгнан. Новгород приглашал на княжение как правило владимирских и суздальских князей (с «Низу»). Кроме прочего, этим князьям Орда поручала собирать дань с Новгорода. Город передавал князю ряд судебных и проезжих пошлин, право пользования рыбными ловлями, сенокосами, охотничьими угодьями. Все эти права были строго регламентированы (по объему и срокам). Князь обязывался представлять в своих землях (во Владимирской, Суздальской) новгородским купцам беспошлинный или льготный режим торговли. Свою зарубежную торговлю (с немцами, Ганзой) новгородцы контролировали сами, не доверяя ее князю, он мог участвовать в ней только через новгородских посредников.

Территория Новгородской земли делилась на волости и пятины, управление в которых строилось на началах местной автономии. Каждая пятина была приписана к одному из пяти концов Новгорода. Центром самоуправления пятины являлся пригород. Когда-то таким пригородом был Псков, в ходе упорной борьбы выросший в самостоятельный политический центр, вокруг которого сложилось Псковское государство. Политическая и государственная организации Пскова повторяли новгородскую: вечевая система, выборный князь, но вместо тысяцкого — два степенных посадника. Существовало шесть концов, двенадцать пригородов. Административное деление — округа (губы), волости, села. Волости не входили в пятинную систему Новгорода, как наиболее отдаленные от города части. Владение ими Новгород осуществлял совместно с другими княжествами — Владимирским, Смоленским, а позже — Литвой (таким был статус Волоколамска, Торжка, Ржева и Великих Аук). Именно с волостей приглашенные в Новгород князья получали свое «кормление» или «дар». Каждая территориальная часть новгородской земли (пятина, волость, округ) управлялась из соответствующей части города (конца) как из центра. Отсюда осуществлялось административное управление, налоговые начисления, воинская мобилизация, суд. Кончанская система объединяла управление далеко разбросанными волостями, уездами и пригородами. Автономия пригородов выражалась в наличии у них собственных вечевых собраний, их зависимость — в присутствии назначенного Новгородом посадника.

Судебные учреждения старшего города служили для пригородов апелляционными инстанциями, первой судебной инстанцией были сотские и рядовичи (для княжеских судов) и тиуны (суд новгородского посадника). С XII в. в Новгороде, как и в других городах Руси, устанавливается постоянное место проведения вечевых собраний и пребывания посадника и тысяцкого. В XIII в. на территории Новгородской земли существовало 17 монастырей и проходила активная церковная колонизация. В конце XII в. Новгородом был подписан международный договор с немцами, который стал одним из источников будущей кодификации (Новгородской и Псковской судных грамот).

Источниками права в этом регионе были Русская Правда, вечевое законодательство, договоры города с князьями, судебная практика, иностранное законодательство. В результате кодификации в XV в. появились Новгородская и Псковская судные грамоты. От Новгородской судной грамоты сохранился фрагмент, дающий представление о судоустройстве и судопроизводстве. Судебными правами обладали все органы власти и управления: вече, посадник, тысяцкий, князь, боярский совет, архиепископ, сотский, староста. Судебными полномочиями наделялись купеческие и цеховые корпорации (братчины). Судебными чинами были дьяки, приставы, «позовники», писцы, межники, подверники и др. Псковская судная грамота (ПСГ) 1467 г. (по другим предположениям 1397 г.) состояла из 120 статей. По сравнению с Русской Правдой в ней более обстоятельно регламентировались гражданско-правовые отношения и институты, обязательственное и судебное право, рассматривались некоторые виды политических и государственных преступлений.

Вещное право предусматривало деление вещей на недвижимые («отчина») и движимые («живот»), различало наследственное («вотчина») и условное («кормля») землевладение. Были определены способы возникновения права собственности: истечение срока давности владения, переход по договору, наследству, пожалование. Обязательственное право регламентировало договоры купли-продажи, дарения, залога, займа, мены, поклажи, найма помещений, личного найма. Форма договора могла быть устной и письменной. Его оформление осуществлялось в присутствии священника или свидетелей. При заключении некоторых договоров требовался заклад (при ссудах и займах на сумму свыше 1 руб. (ст. 30), поручительство («порука»), если сумма менее 1 руб. (ст. 32) или обязательное письменное оформление («запись»). ПСГ знает два вида наследования — по закону («отморщина») и по завещанию («приказное»). Завещание нуждалось в государственном утверждении. Прямо перечислялись только наследники по закону (восходящие, нисходящие, боковые, супруг). Закон регламентирует правовое положение наемных работников (пахаря, рыбака, огородника, плотника и т.д. — ст. 39—42, 44). Специально определяется порядок наследования (ст. 14—15) и раздела имущества (ст. 94—95). Земельные, межевые споры разрешались истцом и ответчиком (даже при наличии подтверждающих владение документов и давности фактического владения) судебным поединком сторон или их представителей (ст. 10, 15). Представитель выставлялся в случаях, когда одна из сторон не могла лично участвовать в поединке (будучи калекой, стариком, малолетним, монахом) (ст. 21). Исковая давность предусматривалась ПСГ в разных исковых ситуациях — как при завладении имуществом, так и при невыполнении договора (например, подряда, когда срок иска об оплате выполненной работы уже истек — ст. 40). Однако в спорах об имуществе закон отдает явное предпочтение свидетельским показаниям: при наследственных спорах (ст. 55) и в договоре купли-продажи (ст. 56). В наследственном праве ПСГ предусматривала случаи, когда имущество поступало по завещанию не в собственность наследника, а лишь в его пожизненное пользование. Такое имущество он не мог отчуждать ни под каким предлогом (ст. 72). В обязательственном праве важную роль играло установление срока исполнения договора, так при досрочном истребовании долга по договору займа, кредитор терял право на получение процентов (ст. 74). Долговые обязательства ложились не на личность должника (как в древнем праве, когда он отвечал по долгам собственной свободой), а на имущество. Так наследники вместе с имущественной массой получали и долги, лежавшие на ней., и несли долевую ответственность (ст. 94). Элемент личностной ответственности в гражданских спорах сохранялся в форме архаического древнего института — судебного поединка.

Государство и право Древней Руси. Киевская Русь

ПСГ в понятие преступления вводит впервые в русском праве причинение ущерба не только частным лицам, но и государству. Закон знает следующие виды преступлений: против государства (измена или «перевет» — ст. 7); против судебных органов (взятка или «посул» судье (ст. 3 и 4), насильственное вторжение в судебное помещение, насилие в отношении судейских чинов (ст. 58); имущественные (татьба — простая, квалифицированная или неоднократная, кража церковного имущества, поджог, конокрадство, грабеж — насильственный и открытый захват имущества, разбой — вооруженное нападение с целью грабежа); против личности (убийство, или «головщина», нанесение побоев, оскорбление действием). К наиболее тяжким преступлениям относятся братоубийство или убийство родителей (ст. 96—97). Наказания за кражу дифференцируются в зависимости от размера похищенного, способа совершения и повторности (ст. 1, 7, 8, 20, 27 и др.). Наиболее тяжкими видами имущественных преступлений, как и в Русской Правде, считались поджог и конокрадство (ст. 7), но в отличие от Правды за эти преступления назначалась смертная казнь.

Суд в Новгороде осуществляли новгородский владыка-архиепископ, княжеский наместник, посадник, тысяцкий. Князь не мог вершить суд без посадника, последний же осуществлял суд вместе с княжеским наместником, которому представлялось право пересмотра дела. Судебное сотрудничество посадника и наместника выражалось в деятельности их уполномоченных — тиунов: последние, каждый в отдельности и в присутствии представителей спорящих сторон (приставов) рассматривали дело, но не решали его окончательно. После этого дело переносилось в высшую инстанцию для доклада (окончательного решения) или на пересуд (для пересмотра). В суде высшей инстанции заседали сами наместник и посадник с 10 присяжными (из бояр и житьих людей). Эти присяжные составляли постоянно действующую судебную коллегию докладчиков, регулярно собиравшуюся во дворе архиепископского дома. Споры церковного человека с мирянином разбирал городской судья вместе с наместником архиепископа. Княжеские люди судились городским и княжеским боярами на территории резиденции князя (городища), пересуд по этим делам осуществлял сам князь в присутствии посадника.

Золотая Орда и русские княжества 

На тысяцкого возлагалось руководство торговым судом и разбор дел полицейского характера (нарушение общественного порядка, мер и весов и т.п.). При участии посадника он разбирал споры новгородских и иноземных купцов. Споры купцов, ремесленников рассматривали корпоративные общественные суды — суды старост и братчины. Судебное право регламентировалось в ПСГ более обстоятельно, чем в Русской Правде. Процесс носил состязательный характер, но роль суда усилилась: вызов в суд по повестке («позовнице») и через судебного исполнителя («позовника»). Сохраняются упомянутые в Русской Правде судебные доказательства и появляются новые: судебный поединок («поле») и письменные доказательства, разделяющиеся на «доски» (частные расписки) и «записи» (официально заверенные документы). Возникает институт судебного представительства в судебном поединке («пособничество»), которым могли пользоваться только женщины, подростки, монахи, старые люди (ст. 68—69).

В период монгольского владычества все русские князья были подсудны высшему суду Золотой Орды. Судебные иски и уголовные дела, сторонами в которых были русские и монголы, рассматривались монгольскими судами, тяжбы между русскими разбирали русские княжеские суды. Таким образом нормы Русской Правды и монгольского права действовали на одной территории. Основным источником права Золотой Орды была Великая Яса Чингисхана (1206), содержавшая в основном нормы уголовного права, обычного права и позже нормы шариата. Вещное и обязательственное право находились в зачаточном состоянии: политическая власть и вассальные отношения отождествлялись с отношениями собственности. Семейные, брачные, наследственные отношения регулировались обычаем и традицией (многоженство, власть отца, минорат, т.е. приоритет младшего сына при наследовании). Яса включала крепостной устав, в котором все население империи обязывалось службой государству, каждый занимал свое определенное место в войске и податной системе (этот принцип в XVI—XVII вв. будет заимствован московской властью). Отдельные группы населения были изъяты из общей крепостной и податной повинности — освобождались церковь, ремесленники, врачи, юристы. Изъятие осуществлялось на основе ханских ярлыков, которые возобновлялись при каждой новой смене власти в Золотой Орде. Важными указами, дополнявшими Ясу, были указы, требовавшие возвращения беглого раба законному собственнику, регламентировавшие работу ямской (почтовой) службы, проведение переписи, установление податных титулов и т.п. (Податное устройство монголов было приспособлено к войсковым частям по численной, десятичной системе.) Система преступлений по Ясе включала: религиозные, против нравственности и установленных обычаев (притеснение церквей и духовенства, лжесвидетельство, осквернение воды и пепла, неправильно совершенный убой скота, прелюбодеяние, содомия); против хана и государства (нарушение крепостного устава, закабаление свободного монгола, злоупотребление властью, нарушение воинской дисциплины); против жизни и свободы (убийство, увод или принятие чужого раба, конокрадство и увод скота, злостное банкротство). В качестве наказаний использовались смертная казнь, тюремное заключение и ссылка, разжалование, телесные наказания, пеня за убийство (40 золотых монет за убийство мусульманина, за убийство китайца платили цену осла). Яса допускала многоженство и содержание наложниц. Сын имел право жениться на женах умершего отца (кроме своей матери). Дети, рожденные от рабынь, приравнивались к законным детям. При разделе наследства старший сын получал большую долю, а младший — дом отца. Хан не вмешивался в наследственные отношения. Суд и судопроизводство Яса отдавала на усмотрение местных старейшин, общин и наместников хана. Смертная казнь назначалась за разные виды преступлений: неповиновение хану, ложь в суде, супружескую неверность, волшебство, мочеиспускание в костер и т.д. В судебном процессе, кроме свидетельских показаний и клятвы, применялась пытка, использовался принцип круговой поруки, групповой ответственности. Судебная власть не была отделена от административной. С усилением исламизации Орды возникали суды кадиев и иргучи, действовавшие на основе Корана. Монгольское право не оказало прямого влияния на формирование русского законодательства. Однако влияние ордынской системы правления отразилось в некоторых принципах, а также духе нового Московского права, так в русском законодательстве появились черты жестокости (увечащие наказания), коллективная ответственность за преступления и проч., ранее ему несвойственные. В сфере административного, финансового, военного законодательства также было заметно монгольское влияние (понятия «казны», регламентация подушных сборов, переписи населения, ямской службы и т.п.). Но больше всего это влияние проявилось в области государственного управления, усилив в нем черты централизации и авторитарности. В силу внутренних (борьба за власть) и внешних (поражение в Куликовской битве 1380 г.) причин в XV в. Золотая Орда распалась. На территории бывшей империи Чингисхана возник ряд государственных образований: Сибирское, Казанское, Астраханское ханства, которые часто оказывались во враждебных отношениях друг с другом и в XVI в. поочередно были покорены Московским государством.

Тема 1. ПСО. Древнерусское государство и право IX в.-XII в. Русская правда.

 Практические занятия:

1.   Общая характеристика Русской Правды.

2.   Правовое положение населения.

3.   Гражданское право.

4.   Уголовное право.

5.  Процессуальное право. 

До наших дней дошло более ста списков Русской Правды, которые можно представить в трех основных редакциях: 

Краткая

Пространная

Сокращенная (обозначаемые в литературе как КП, ПП и СП). 

Древнейшей редакцией (подготовлена не позднее 1054 г.) является Краткая Правда, состоящая из Правды Ярослава (ст. 1—18), Правды Ярославичей (ст. 19—41), Покона вирного (ст. 42), Урока мостников (ст. 43). 

Пространная редакция, возникшая не ранее 1113 г. и связанная с именем Владимира Мономаха, разделялась на Суд Ярослава (ст. 1—52) и Устав Владимира Мономаха (ст. 53—121). 

Сокращенная редакция появилась в середине XV в. из переработанной Пространной редакции. Существующие в литературе две противоположных оценки признают Русскую Правду либо официальным сводом княжеского права действующего на Руси (Погодин, Беляев, Ланге и др.), либо частным сборником 

Русская Правда формировалась постепенно: вначале выкристаллизовывались отдельные ее нормы (путем «притирки» заимствованных из византийского права положений к реальной судебной практике), которые затем путем отбора были кодифицированы. 

Краткая редакция Русской Правды состоит из двух частей: первая, включающая 17 статей, содержит нормы об убийстве, побоях, о нарушении права собственности и способах его восстановления, о вознаграждении за порчу чужих вещей. Во второй части содержатся решения, принятые на княжеском съезде потомков Ярослава, дополняющие уже имеющиеся статьи нормами судебных пошлин и расходов. 

Пространная редакция развивает положения Краткой, выстраивая их в более стройную систему, и добавляет к ним нормы, установленные законодательством Владимира Мономаха. Разделение Правды на «Суд Ярослава» и «Устав Владимира» довольно условное: с именами этих князей связаны только первые статьи разделов, остальные статьи кодекса заимствованы из разных эпох и источников, ведь в задачу Правды входило собрать и включить в свой состав разные нормы, которые кодификатор считал необходимым закрепить. Источниками кодификации были нормы обычного права и княжеская судебная практика. К числу норм обычного права относятся прежде всего положения о кровной мести (ст. 1) и круговой поруке (ст. 19 КП). Законодатель по-разному оценивает эти обычаи: кровную месть он стремится ограничить (сужая круг мстителей) или вовсе отменить, заменив денежным штрафом (вирой). Круговая порука, напротив, сохраняется как политическая мера, связывающая всех членов общины ответственностью за своего члена, совершившего преступление («дикая вира» налагалась на всю общину). Нормы, выработанные княжеской судебной практикой, многочисленны в Русской Правде и иногда связываются с именами князей, принимавших их (Ярослава, сыновей Ярослава, Владимира Мономаха). Определенное влияние на эту кодификацию оказало византийское каноническое право. В Русской Правде содержится ряд норм, определяющих правовое положение отдельных групп населения. По ее тексту достаточно трудно разграничить правовой статус правящего слоя и остального населения. Мы находим лишь два юридических критерия, особо выделяющих эти группы в составе общества, — нормы о повышенной (двойной) уголовной ответственности за убийство представителя привилегированного слоя (ст. 1 ПП ) и нормы об особом порядке наследования недвижимости (земли) для представителей этого слоя (ст. 91 ПП). 

Эти юридические привилегии распространялись на субъектов, поименованных в Русской Правде как князья, бояре, княжьи 

Киевская Русь мужи, княжеские тиуны, огнищане. В этом перечне не все лица могут быть названы феодалами, можно говорить лишь об их привилегиях, связанных с особым социальным статусом, приближенностью к княжескому двору и имущественным положением. Основная масса населения разделялась на свободных и зависимых людей, также существовали промежуточные и переходные категории. Юридически и экономически независимыми группами были посадские люди и смерды-общинники (они уплачивали налоги и выполняли повинности только в пользу государства). Городское (посадское) население делилось на ряд социальных групп — боярство, духовенство, купечество, «низы» (ремесленники, мелкие торговцы, рабочие и проч.). 

Кроме свободных смердов существовали и другие их категории, о которых Русская Правда упоминает как о зависимых людях. В литературе существует несколько точек зрения на правовое положение этой группы населения, однако следует помнить, что она неоднородна: наряду со свободными были и зависимые («крепостные») смерды, находившиеся в кабале и услужении у феодалов. Свободный смерд-общинник обладал определенным имуществом, которое мог завещать детям (землю — только сыновьям). При отсутствии наследников его имущество переходило общине. Закон защищал личность и имущество смерда. За совершенные проступки и преступления, а также по обязательствам и договорам он нес личную и имущественную ответственность. В судебном процессе смерд выступал полноправным участником. Более сложной юридической фигурой является закуп. Краткая редакция Русской Правды не упоминает закупа, зато в Пространной редакции помещен специальный Устав о закупах. Закуп — человек, работающий в хозяйстве феодала за «купу», т.е. заем, в который могли включаться разные ценности — земля, скот, зерно, деньги и проч. Этот долг следовало отработать, причем установленных нормативов и эквивалентов не существовало. Объем работы определялся кредитором. Поэтому с нарастанием процентов на заем кабальная зависимость усиливалась и могла продолжаться долгое время. 

Впервые долговые отношения закупов с кредиторами юридически были урегулированы в Уставе Владимира Мономаха после восстания закупов в 1113 г. Устанавливались предельные размеры процентов на долг. Закон охранял личность и имущество закупа, запрещая господину беспричинно наказывать его и отнимать имущество. 

Если сам закуп совершал правонарушение, ответственность была двоякой: господин уплачивал за него штраф потерпевшему, но сам закуп мог быть «выдан головой», т.е. превращен в полного холопа. Его правовой статус резко менялся. За попытку уйти от господина не расплатившись закуп обращался в холопа. В качестве свидетеля в судебном процессе закуп мог выступать только в особых случаях: по малозначительным делам («в малых исках») или в случае отсутствия других свидетелей («по нужде»). Закуп был той юридической фигурой, которая наиболее ярко иллюстрировала процесс «феодализации», закабаления, закрепощения бывших свободных общинников. В Русской Правде «ролейный» (пахотный) закуп, работавший на чужой земле, по своему правовому статусу не отличался от закупа «неролейного». От наемных работников те и другие отличались, в частности, тем, что получали плату за работу впрок, а не после ее выполнения. Ролейные закупы, работая на чужой земле, обрабатывали ее частью на господина, частью на себя. Неролейные закупы оказывали личные услуги господину в его доме. 

Холоп — наиболее бесправный субъект права. Его имущественное положение особое — все, чем он обладал, являлось собственностью господина. Все последствия, вытекающие из договоров и обязательств, которые заключал холоп (с ведома хозяина), также ложились на господина. Личность холопа как субъекта права фактически не защищалась законом. За его убийство взимался штраф, как за уничтожение имущества, либо господину в качестве компенсации передавался другой холоп. Самого холопа, совершившего преступление, следовало выдать потерпевшему (в более ранний период его можно было просто убить на месте преступления). Штрафную ответственность за холопа всегда нес господин. В судебном процессе холоп не мог выступать в качестве стороны (истца, ответчика, свидетеля). Ссылаясь на его показания в суде, свободный человек должен был оговориться, что ссылается на «слова холопа». Закон регламентировал различные источники холопства. Русская Правда предусматривала следующие случаи: самопродажа в кабалу (одного человека либо всей семьи), рождение от холопа, женитьба на «робе», «ключничество» — поступление в услужение к господину, но без оговорки о сохранении статуса свободного человека. Источниками холопства были также совершение преступления (такое наказание, как «поток 44 I. Государство и право Древней Руси. Киевская Русь и разграбление», предусматривало выдачу преступника «головой», превращение в холопа), бегство закупа от господина, злостное банкротство (купец проигрывает или транжирит чужое имущество). Наиболее распространенным источником холопства, не упомянутым, однако, в Русской Правде, был плен. Русскую Правду можно определить как кодекс частного права — все ее субъекты являлись физическими лицами, понятия юридического лица закон не знал. С этим связаны некоторые особенности кодификации. Среди видов преступлений, предусмотренных Русской Правдой, нет преступлений против государства. Личность самого князя как объекта преступного посягательства рассматривалась в качестве физического лица, отличавшегося от других только более высоким положением и привилегиями. С конкретными субъектами связывалось содержание права собственности; оно могло быть различным в зависимости и от объекта собственности. Русская Правда еще не знает абстрактных понятий «собственность», «владение», «преступление». Кодекс строился по принципу казуистичности, законодатель стремился предусмотреть все возможные жизненные ситуации. Эти юридические особенности обусловлены источниками Русской Правды. Включенные в нее нормы и принципы обычного права несовместимы с абстрактным понятием юридического лица. Для обычая все субъекты равны, и все они могут быть только физическими лицами. Нормы Русской Правды защищали частную собственность (движимую и недвижимую), регламентировали порядок ее передачи по наследству, по обязательствам и договорам. 

Другой источник — княжеская судебная практика — вносит субъективный элемент в определение круга лиц и оценку юридических действий. Для княжеской судебной практики наиболее значительными субъектами являются такие, которые ближе всего стоят к княжескому двору. Поэтому правовые привилегии распространяются прежде всего на приближенных лиц. Одним из важнейших компонентов процессуального права по Русской Правде является регламентация разнообразных судебных сборов и пошлин княжеским чиновникам: вирнику, отроку, помочное судье, пошлину при испытании железом, уроки судебные, уроки ротные при присяге, наклады княжому мужу с писцом (ст. 12, 21, 112, 113, 139 Прост. Правды). 

Обязательственные отношения могли возникать из причинения вреда или из договоров. За невыполнение обязательств должник отвечал имуществом, а иногда и своей свободой. Форма заключения договоров была устной, они заключались при свидетелях, на торгу или в присутствии мытника. В Русской Правде упоминаются договоры купли-продажи (людей, вещей, коней, самопродажи), займа (денег, вещей), кредитования (под проценты или без), личного найма (в услужение, для выполнения определенной работы), хранения, поручения (выполнять определенные действия) и проч. Граница между уголовным наказанием и возмещением ущерба в Русской Правде столь же неразличима, как между сферой уголовного и гражданского права вообще. Формальная граница лежит только на порядке взыскания, за уголовным преступлением следует штраф, взыскиваемый в пользу князя, за гражданским правонарушением — возмещение убытков в пользу потерпевшей стороны. В области гражданско-правовых отношений Русская Правда довольно точно определяет и различает разные институты из области вещного и обязательственного права. 

Закон отличает сдачу имущества на временное хранение («поклажа») от займа, при котором заемное имущество используется заемщиком; простой беспроцентный заем (ссуду) от дачи денег в рост из определенного условленного процента; краткосрочный процентный заем от долгосрочного; заем от торговой комиссии и вклада в торговое предприятие с целью получения дивиденда. 

Гости (иногородние или иноземные купцы) продавали товар в долг местным купцам (запродажа). Купцы могли передавать своим коллегам-купцам, торгующим в других городах, товар на комиссию. Капиталист вкладывал средства в купеческий оборот для получения прибыли. При этом заключение комиссионных или «инвестиционных» сделок не требовало участия свидетелей, в таком «договоре товарищества» было достаточно присяги. Правда различала также злостную и несчастную несостоятельность должника в ситуации невыполнения им заключенного соглашения. Ст. 58—59 ПП . регулируют порядок разрешения споров по долговым обязательствам, ст. 60 предусматривает упрощенное судопроизводство по делам о торговой ссуде, ст. 61 разбирает недоразумения, возникающие при сдаче товара на хранение. Русская Правда знает институт конкурса, который назначается при банкротстве неисправного должника (в случаях злостной и несчастной несостоятельности) (ст. 66—69), регламентирует проценты ростовщического роста (ст. 62—65, 70). 

Наряду с этим в Русской Правде содержатся некоторые архаические, древние элементы, явно заимствованные из прошлого. Таков, например, порядок истребования истцом принадлежащей ему вещи в процессе «свода» или спор о принадлежности имущества посредством «ордалия» ( « суда божьего » ). В области обязательственного права также сохранялись архаические элементы, деформирующие гражданско-правовую свободу договора — наступление личной кабальной ответственности при невозможности выполнить имущественное долговое обязательство (банкротство, закупничество и т.п.), отсутствие компенсации при заключении негодной сделки (свободного человека с холопом), когда одна из сторон договора лишена дееспособности и т.п. 

Что касается сферы наследственного права, то здесь наметилось социальное расслоение и юридическая дифференциация (разный порядок для «бояр» и для простых свободных людей), но все еще важную роль на практике в наследственном процессе играет родовой элемент («ближники») и община-вервь, сохраняется традиционный для Руси миноратный принцип (преимущества младшего сына в наследовании) и приоритет законного порядка над завещательным. Закон упоминает наследование движимых имуществ — домов, дворов, холопов, скота, товаров. О наследовании земли речи еще не идет, она не была объектом частной собственности. В завещание включались только законные наследники, завещатель лишь распределял между ними доли. Русская Правда говорит только о наследовании после родителей, дочери наследуют только при отсутствии сыновей, наследство разделяется между детьми поровну (за исключением преимуществ младшего сына). Братья-наследники обязаны снабдить сестер приданым, часть наследства передавалась церкви, часть вдове («на прожиток»). 

После смерти матери ей наследовали дети, у которых она проживала. Боковые родственники не участвовали в наследовании. Муж не наследовал после жены. При отсутствии у умершего детей имущество поступало к князю, в низших слоях общества (у смердов) этот порядок осуществлялся даже при наличии у умершего дочерей. Частный характер древнего права проявился в сфере уголовного права. Преступление по Русской Правде определялось не как нарушение закона или княжеской воли, а как «обида», т.е. причинение морального или материального ущерба лицу или группе лиц. 

Уголовное правонарушение в законе не отграничивалось от гражданско-правового. Объектами преступления были личность и имущество. Объективная сторона преступления распадалась на две стадии: покушение на преступление (например, наказывался человек, обнаживший меч, но не ударивший) и оконченное преступление. Закон намечал понятие соучастия (упомянут случай разбойного нападения «скопом»), но еще не разделял ролей соучастников (подстрекатель, исполнитель, укрыватель и т.д.). В Русской Правде уже существовало представление о превышении пределов необходимой обороны (если вора убьют после его задержания, спустя некоторое время, когда непосредственная опасность от его действий уже не исходит). К смягчающим обстоятельствам закон относил состояние опьянения преступника, к отягчающим — корыстный умысел. Законодатель знал понятие рецидива, повторности преступления (в случае конокрадства). Субъектами преступления были все физические лица, включая холопов. О возрастном цензе для субъектов преступления закон ничего не говорил. Субъективная сторона преступления включала умысел или неосторожность. Четкого разграничения мотивов преступления и понятия виновности еще не существовало, но они уже намечались в законе. Статья 6 ПП упоминает случай убийства «на пиру явлено», а ст. 7 ПП — убийство «на разбое без всякой свары». В первом случае подразумевается неумышленное, открыто совершенное убийство (а «на пиру» — значит еще и в состоянии опьянения). Во втором случае — разбойное, корыстное, предумышленное убийство (хотя на практике умышленно можно убить и на пиру, а неумышленно — в разбое). Тяжелым преступлением против личности считалось нанесение увечий (усечение руки, ноги) и других телесных повреждений. От них следует отличать оскорбление действием (удар чашей, рогом, мечом в ножнах), которое наказывалось еще строже, чем легкие телесные повреждения, побои. Имущественные преступления по Русской Правде включали разбой (еще не отличимый от грабежа), кражу («татьбу»), уничтожение чужого имущества, угон, повреждение межевых знаков, поджог, конокрадство (как особый вид кражи), злостную неуплату долга и проч. Наиболее подробно регламентировалось понятие «татьба». Известны такие ее виды, как кража из закрытых помещений, конокрадство, кража холопа, сельскохозяйственных продуктов и проч. Закон допускал безнаказанное убийство вора, что толковалось как необходимая оборона. Система наказаний по Русской Правде достаточно проста. Смертная казнь не упоминается в кодексе, хотя на практике она, несомненно, имела место. Умолчание можно объяснить двумя обстоятельствами:  законодатель понимает смертную казнь как продолжение кровной мести, которую стремится устранить; влиянием христианской Церкви, выступавшей против смертной казни в принципе. Высшей мерой наказания по Русской Правде остается поток и разграбление, назначаемые только в трех случаях — за убийство в разбое (ст. 7 ПП), поджог (ст. 83 ПП ) и конокрадство (ст. 35 ПП). Наказание включало конфискацию имущества и выдачу преступника (вместе с семьей) «головой», т.е. в рабство. Следующим по тяжести видом наказания была вира — штраф, который назначался только за убийство. Вира поступала в княжескую казну. Родственникам потерпевшего уплачивалось головничество, равное вире. Вира могла быть одинарная (40 гривен за убийство простого свободного человека) или двойная (80 гривен за убийство человека с привилегиями — ст. 19, 22 КП, ст. 3 ПП). 

Существовал особый вид виры — «дикая», или «повальная», которая налагалась на всю общину. Наказание применялось при простом, неразбойном убийстве; при этом община либо отказывалась выдавать своего подозреваемого в убийстве члена, либо не могла «отвести от себя след» (подозрения). 

Община платила за своего члена только в том случае, если он ранее участвовал в вирных платежах за своих соседей. Институт «дикой» виры выполнял полицейскую функцию, связывая всех членов общины круговой порукой. За нанесение увечий, тяжких телесных повреждений назначались «полувиры» (20 гривен — ст.27,88ПП). Все остальные преступления (как против личности, так и имущественные) наказывались штрафом — продажей, размер которой дифференцировался в зависимости от тяжести преступления (1, 3,12 гривен). Продажа поступала в казну, потерпевший получал урок — денежное возмещение за причиненный ему ущерб. 

В Русской Правде сохраняются древнейшие элементы обычая, связанные с принципом талиона («око за око, зуб за зуб»), в случаях с кровной местью. Но главной целью наказания становится возмещение ущерба (материального и морального). Судебный процесс носил ярко выраженный состязательный характер: он начинался только по инициативе истца, стороны в нем (истец и ответчик) обладали равными правами, судопроизводство было гласным и устным.

Процесс делился на три этапа (стадии). Первый — заклич — означал объявление о совершившемся преступлении (например, о пропаже имущества). Он производился в людном месте, «на торгу», где объявлялось о пропаже вещи, обладавшей индивидуальными признаками, которую можно было опознать. Если пропажа обнаруживалась по истечении трех дней с момента заклича, тот, у кого она находилась, считался ответчиком (ст. 32, 34 ПП). Вторая стадия процесса — свод (ст. 35—39 ПП ) — напоминала очную ставку. 

Свод осуществлялся либо до заклича, либо в срок до истечения трех дней после него. Лицо, у которого обнаружили пропавшую вещь, должно было указать, у кого эта вещь была приобретена. Свод продолжался до тех пор, пока не доходил до человека, не способного дать объяснение, где он приобрел эту вещь. Таковой и признавался татем. Если свод выходил за пределы населенного пункта, где пропала вещь, он продолжался до третьего лица. На него возлагалась обязанность уплатить собственнику стоимость вещи, и ему предоставлялось право далее самому продолжать свод. 

Гонение следа — третья стадия судебного процесса, заключавшаяся в поиске доказательств и преступника (ст. 77 ПП). При отсутствии в Древней Руси специальных розыскных органов и лиц гонение следа осуществляли потерпевшие, их близкие, члены общины и добровольцы. Система доказательств по Русской Правде состояла из свидетельских показаний («видоков» — очевидцев преступления и «послухов» — свидетелей доброй славы, поручителей); вещественных доказательств («поличное»); «ордалий» (испытания огнем, водой, железом); присяги. На практике существовал также судебный поединок, не упоминавшийся в Русской Правде. В законе ничего не говорится о собственном признании и письменных доказательствах. Русская Правда не содержит статей о государственных преступлениях, а также о преступлениях против нравственности. Отсутствие первых может быть объяснимо, если учитывать характер источников, из которых складывалась Правда. 

Это — обычай и церковное законодательство, ни в первом, ни во втором такой объект, как «государство», не фигурирует, поэтому преступные посягательства на него не предусмотрены и Правдой. Что касается преступлений против нравственности, они уже во времена Русской Правды были отнесены к сфере собственно церковного законодательства и регламентированы церковными уставами князей Владимира и Ярослава. 

 Церковный суд, из сферы которого, видимо, и вышла Русская Правда, применяя ее нормы по нецерковным делам к церковным людям, вынужден был учитывать существующую мирскую судебную практику, но стремился проводить свои, близкие церкви принципы. Исключение судебного поединка, весьма распространенного в древности способа доказывания, в Русской Правде дополнялось также исключением смертной казни. Кроме отмеченных мотивов (христианское влияние и взгляд на смертную казнь, как продолжение кровной мести), существует еще одно объяснение этого последнего факта: в церковном суде, деятельность которого сформировало Правду как особый кодекс, при рассмотрении наиболее тяжких дел, по которым полагалось установление смертной казни, вместе с церковным судьей заседал княжеский судья. Видимо установление смертной казни и входило в его полномочия, церковный судья не мог себе позволить этого по нравственно-христианским соображениям. (Последующая судебная практика использует такое «разделение труда» в делах о ересях и еретиках в XVI—XVII вв.) Русская Правда стремилась охватить важнейшие, с точки зрения кодификаторов и суда, общественные отношения, существовавшие в Руси: преступление и наказание, собственность, договоры, судебный процесс и т.д. Неупорядоченная судебная практика и стремление кодификатора исключить из кодекса некоторые нежелательные для него моменты (судебный поединок, смертная казнь и проч.), обусловили тот факт, что Русская Правда в конечном итоге не отразила всю реально существовавшую на Руси систему правоотношений — как заметил В.О. Ключевский, «Русская Правда — хорошее, но разбитое зеркало русского права XI—XII вв.». 

Церковь, как привнесенный извне институт, организация, заметно повлияла на существовавший на Руси политический порядок. Она привнесла в русскую жизнью новые для нее представления о монархической власти, политической централизации, иерархии. Церковное управление и поучение вносили в княжеское управление идеи о нравственном совершенствовании, понятия о законе, правителе, следственные процедуры судебного процесса и письменное делопроизводство. Весьма сильным было влияние церкви на русскую семью, в организации которой еще сохранялись элементы старого языческого родового союза. Одним из таких родовых пережитков была кровная месть, другим —привод, «умыкание» невесты. Церковное законодательство о браке и наследовании боролось с многоженством, наложничеством, своевольным разводом по односторонней инициативе мужа, браками между близкими родственниками и т.п. 4. Русские княжества в условиях политической раздробленности (XII-XV вв.) 51 Уже в X в. устанавливается порядок раздельности имущества супругов (по договору Олега, на имущество жены не распространяется ответственность за преступление мужа). Церковные суды разбирали споры супругов об имуществе. В том же X в. начинает укрепляться порядок наследования по завещанию. Закон (церковные уставы) ограничивал произвол родителей при заключении брака их детьми, карал детей, бьющих своих родителей (церковным и государственным наказанием). Вместе с тем закон предоставлял широкие завещательные права мужу и отцу. Законные наследники выступали лишь в ситуации, когда после умершего не оставалось ни детей, ни завещания.

Тема 1. ПСА и ПД. Древнерусское государство и право

Практические занятия

Занятие 1

1.   Общая характеристика Псковской судной грамоты и правовое положение зависимого населения

2.   Гражданское право.

3.   Уголовное право.

4.   Процессуальное право.

Занятие 2

1.     Вещное право

2.     Виды обязательства и формы их обеспечения.

3.     Судопроизводство.

Вопросы для практических занятий ПД

Практические занятия: 1.    Общая характеристика Русской Правды. 2.    Правовое положение населения.

1.Гражданское право 2.Уголовное право. 3.Процессуальное право.

Подготовка конспектов на практическое занятие.

Норманская теория и создание государства.

     В IX—XI вв. в формировании древнерусской государственности определенную роль играл «варяжский элемент», вокруг которого в исторической литературе велась длительная полемика между сторонниками и противниками норманнской теории происхождения Древнерусского государства. В этом процессе, несомненно, сказывалось влияние выходцев из Скандинавии и Балтии, составляющих значительную часть правящего слоя Киевского государства. Однако в руках киевских князей они служили лишь орудием и фактором влияния, призванными сохранить отношения данничества между Киевом и Новгородом, где влияние варягов (русский синоним викингов или норманнов) было более ранним и значительным.

     Пришедший из Фрисланда Рюрик со своей дружиной обосновался на Ладоге и позже в Новгороде. Это наступление было развито силами русско-шведских отрядов дошедших до Киева, вышедших на Тамань для соединения с русскими силами на Юге, а затем напавших на Константинополь. Через несколько лет преемник Рюрика Олег установил в Киеве собственное, независимое от северного (варяжского) влияния правление. Киев стал укрепляться как центр, контролирующий водный путь по Днепру («из варяг в греки»). Киев и Новгород представляли два независимых политических образования, в каждом из которых формировалась собственная особая государственность. Новгород был древним племенным центром, позже превратившимся в опору нового государственного образования, на периферии которого стали возникать опорные центры-погосты. Новгород осуществлял свою экспансию, распространяя дань и суд на новые территории (Ладогу, Полоцк и т.д.), но ее быстрый темп привел к большой раздробленности феодальных владений. В борьбе с Новгородом киевский князь Ярослав уступил ему Ладогу и Псков. Только с XI в. новгородская экспансия приостановилась встречным движением из Полоцка и Смоленска. Варяжский элемент несомненно сыграл важную роль в становлении русской государственности (аналогичные процессы происходили на севере Европы, в Англии, завоеванной в начале XI в. норманнами и т.д.), однако, сама эта государственность возникла задолго до вторжения варягов-норманнов. Для этого были все необходимые предпосылки: у славян образовалась своя, очерченная более или менее устойчивыми границами, территория; сложилось определенное этническое, племенное, национальное единство; сформировались структуры и институты публичной государственной власти.

     Процессы классообразования у славян проходили на фоне формирования племенных союзов, распада большой семьи и перерастания родовой общины в сельскую (соседскую). Известную роль в ходе образования государства играли неразвитые (по сравнению с Востоком или античным миром) рабовладельческие отношения. Форму общественных отношений славян в VII—VIII вв. можно определить как военную демократию. Ее признаками являлись: участие всех членов (мужчин) племенного союза в решении важнейших общественных проблем; особая роль народного собрания как высшего органа власти; всеобщее вооружение населения (народное ополчение). Правящий слой формировался из старой родоплеменной аристократии (вождей, жрецов, старейшин) и членов общины, разбогатевших на эксплуатации рабов и соседей. Наличие соседской общины («верви», «мира») и патриархального рабства (когда рабы входили в состав владевшей ими семьи) тормозило процесс социальной дифференциации. Образование государственности у восточных славян совпало и было обусловлено ими с разложением родоплеменных, кровнородственных отношений. Они сменялись территориальными, политическими и военными связями. К VIII в. на территории, населенной славянскими племенами, было образовано 14 племенных союзов, возникших как военные объединения. Организация и сохранение этих образований требовали усиления власти вождя и правящей верхушки. В качестве главной военной силы и одновременно правящей социальной группы во главе таких союзов становились князь и княжеская дружина.

     Территория, на которой начала складываться древнерусская государственность, находилась в месте пересечения путей, по которым шла миграция народов и племен, пролегали кочевые трассы. В III в. господствовавших в южнорусских степях сарматов потеснили германские племена готов, спустившихся по Днепру и Дону. В IV в. они образовали довольно сильное государство, покорившее славянские племена. В конце IV в. готов начали вытеснять гунны, пришедшие с востока. В союзе с аланами и антами они разгромили готов и двинулись дальше на запад, захватывая Центральную Европу. Территория, на которой осели славяно-русские племена, распадалась на две полосы: степную и лесную, граница между которыми проходила с юго-запада на северо-восток, от устья Десны до устья Оки.

     Плодородная степная полоса постоянно становилась ареной для жестоких набегов кочевников, орды которых непрерывно исходили из восточных степей. Хозяйственный и общественный быт жителей русского Юга в этих условиях не мог оставаться стабильным и устойчивым. Постоянная борьба с кочевниками, изменение границ, миграция, невозможность интенсивного освоения пашенных пространств и т.п. — все это наложило отпечаток на сам способ существования южнорусских городов и княжеств (Киев, Чернигов, Туров, Галич и др.). В лесной полосе хозяйственная и политическая жизнь складывались более спокойно и обстоятельно. Здесь не было столь благоприятных географических и климатических условий как в степной полосе (множество мелких рек, перелески, пересеченная местность затрудняли земледелие), но большая защищенность благоприятствовала развитию промыслов, строительства. Трудности, связанные с обработкой земли (корчевание, выжиг леса и т.п.) способствовали развитию и сохранению коллективных форм землепользования, сохранению общинного духа, а значит — укреплению основ государственности (Новгород, Владимир, Суздаль, Ростов и др.). Равнинный характер территории Русского государства способствовал постоянному ее расширению, перемещению государственных границ. Этому способствовали и другие причины: легкость передвижения по речным путям и натиск кочевников с юга, заставлявший население степных районов мигрировать з лесную зону. Позже (XVI—XVII вв.) русская колонизация устремится в восточные районы страны (Урал, Сибирь, Дальний Восток). Южнорусские степи были ареной бесконечной борьбы перемещающихся племен и народов. Нередко анты, аланы и славянские племена нападали на пограничные территории Византийской империи. В VII в. в степях между Нижней Волгой, Доном и Северным Кавказом образовалось сильное хазарское государство. Славянские племена в районах Нижнего Дона и Азова попали под его владычество, сохранив, однако, определенную автономию. Территория хазарского царства (каганата) простиралась до Днепра и Черного моря. В начале VIII в. арабы нанесли хазарам сокрушительное поражение и через Северный Кавказ глубоко вторглись на север, дойдя до Дона. Много славян — союзников хазар — были взяты в плен. С севера в русские земли проникают «варяги» (норманны, викинги). В начале VIII в. они обосновываются вокруг Ярославля, Ростова и Суздаля, установив контроль над территорией от Новгорода до Смоленска. Часть северных колонистов проникает в южную Россию, где они смешиваются с русами, приняв их наименование. В Тмутаракане (на Таманском полуострове) образуется столица русско-варяжского каганата, вытеснившего хазарских правителей. В своей борьбе противники обращались за союзом к константинопольскому императору. В такой сложной обстановке происходила консолидация славянских племен в политические союзы, которые стали зародышем оформления единой восточно-славянской государственности.

     Племенные союзы в военно-политических целях объединялись в еще более крупные формирования — «союзы союзов». Центром одного из них стал Киев. В источниках упоминаются три крупных политических центра, которые могут считаться протогосударственными объединениями: Куяба (южная группа славянских племен с центром в Киеве), Славия (северная группа, Новгород), Артания (юго-восточная группа, Рязань). В IX в. большая часть славянских племен слилась в территориальный союз, получивший название «Русская земля». Центром объединения был Киев, где правила полулегендарная династия Кия, Дира и Аскольда. В 882 г. два крупнейших политических центра древних славян, Киевский и Новгородский, объединились под властью Киева, образовав Древнерусское государство. С конца IX до начала XI в. это государство включало территории других славянских племен — древлян, северян, радимичей, уличей, тиверцев, вятичей. В центре нового государственного образования оказалось племя полян. Древнерусское государство стало своеобразной федерацией племен, по своей форме это была раннефеодальная монархия. Территория Киевского государства сосредоточилась вокруг нескольких политических центров, некогда бывших племенными. Во второй половине XI — начале XII в. в пределах Киевской Руси стали образовываться достаточно устойчивые княжества-полугосударства: Киевская, Черниговская, Переяславская земли. Русская государственность основывалась на двух формах территориальной пространственной организации. Первую представлял огромный конгломерат сельских общин (миров, вервей), население которых традиционно занималось сельским хозяйством: земледелием, скотоводством, промыслами и т.п. Вторую форму составляла все увеличивающаяся со временем численность городов и городских поселений. Как и в Европе, на Руси эти города возникали или в качестве крепостей, форпостов, замков и т.п. или — торговых центров, крупных поселений, пунктов пересечения торговых и караванных путей.

    Одним из главных экономических признаков города было наличие рынка, являвшегося его центром. Даже в так называемых княжеских городах, призванных обеспечивать княжеский двор необходимыми ему продуктами и предметами, рынок играл важную роль. Население городов составляли торговцы и ремесленники разных рангов. Довольно рано они стали объединяться в профессиональные корпорации, основанные на собственных традициях, правилах и нормах, имеющие четкую организацию и руководство (гильдии, цехи). Город в качестве политико-административной единицы обладал особой территорией. Он мог быть самоуправляемой единицей (как Новгород) или находиться под властью и контролем князя или феодала. В Древней Руси город был также крепостью и местом пребывания гарнизона. Наиболее укрепленным местом был кремль, за стенами которого население укрывалось в случае опасности. Наиболее крупные города была резиденциями князей, Киев — резиденцией великого князя. Образование городов имело еще одно важное значение: территории, прежде называвшиеся по имени племени, их населявшего, и имеющие границы, совпадавшие с пределами расселения данного племени, теперь утратили этот признак. 

Издревле на Руси существовала практика заключения договоров («рядов») между населением города и князьями. Городское население составляло городскую общину, которая решала многие вопросы городского управления, налогообложения (податей), распоряжения городским имуществом. Городская община формировала военное ополчение города и судебные органы (если эти вопросы не находились полностью в княжеской юрисдикции). Города были культурными и религиозными центрами территорий, которые примыкали к ним. В городах находились княжеские чиновники (наместники), собиравшие дань с населения, и город тем самым превращался в своеобразный финансовый центр («погосты», организованные княгиней Ольгой для сбора дани располагались в поселениях городского типа). Статус древних городов не был четко определен и сам способ хозяйственного существования городов мало отличался от сельских поселений (горожане занимались земледелием, огородничеством и т.п.). Однако уже в древности города на Руси стали играть особую политическую и идеологическую роль, они становились центрами власти, культовыми центрами, местами формирования аристократических сословий, центрами товарного и денежного обмена. Позже в городской среде на основе традиций и корпоративных порядков стали складываться особое право и институты феодальной демократии (Новгород, Псков и др.).

     В сельской местности традиционная большая семья («задруга»), в составе которой под властью домовладыки проживало несколько парных семей с детьми и боковыми родственниками и члены которой совместно вели хозяйство, постепенно распадалась на малые семьи и индивидуальные хозяйственные единицы. Однако общинная организация, основанная уже на территориальных производственных, а не на кровно-родственных связях, существующих между ее членами, продолжала играть важную роль. Община решала важнейшие вопросы экономической жизни: перераспределение (разделы) и распределение земельных участков между своими членами, индивидуальными хозяйствами; организацию совместного пользования угодьями: выпасами, лесами, водоемами и проч.; раскладку общинных и государственных повинностей и податей, контроль за их выполнением. Кроме того, община выполняла определенные полицейские функции: надзор за соблюдением общественного порядка, розыск преступников. Община могла нести коллективную ответственность за проступки и преступления, совершенные ее членами (круговая порука). Как правило, общинная территория включала одно-два поселения. Административную власть в сельской местности осуществлял присланный князем чиновник— волостель. Незначительные проступки и имущественные споры рассматривались в самой общине на ее собрании — сходе. Там же обсуждались вопросы взаимоотношений с соседями и с государственной властью. Важную роль в принятии решений играли старейшины, а до установления христианства — волхвы, маги.

Сформировавшееся к середине X в. государственное образование, получившее название «Киевская Русь», представляло собой конгломерат племенных территорий («городовых областей»), объединенных Киевом на основе, выражаясь современным языком, конфедеративного союза. Нечеткость государственных границ, обусловленная натиском кочевых народностей и экспансией самих славянских племен (присоединение новых территорий и племенных центров), дополнялась неопределенностью статуса Киева как официальной столицы государства (по преданию кн. Святослав собирался перенести столицу на Балканы или даже ближе к Каспию). Киев был фактическим центром государственного союза территорий, племен, городовых областей и т.п., населенных разными племенами и народностями. Лишь к XI в. территориальный принцип (основополагающий в процессах государствообразования) побеждает принцип родовой, племенной. Вместе с тем образование территориального союза не усилило позиций киевского центра. Направляя в переферийные города своих наместников и волостелей, киевские князья вынуждены были предоставлять им широкую автономию. Если же великокняжеские наместники (или посадники) присоединяли к своим владениям новые земли и территории, то киевский князь даровал им в управление эти земли. Наместники получали с них дань в свою пользу (аналогично ленным отношениям в Западной Европе IX в.). Наместники имели собственные дружины, укрепления и дворы, управляли местным населением, получая с него «корм», и судили его. Некоторые из наиболее влиятельных и сильных присваивали себе титул «великого князя». Киевский же великий князь оказывался первым среди равных, его право старшинства и первенства должно было подкрепляться силой. К середине XII в. все территории «полугосударств», составлявших Киевское государство, сливаются воедино. Название «Русская земля», прежде относящееся только к южной Руси, распространилось на всю территорию государства, объединившего более 20 народов и племен. Расширение территории Киевского государства особенно активно стало осуществляться при правлении сына княгини Ольги, Святослава (походы Святослава — 964—972 гг.). Первый удар он нанес по территории хазар. Были захвачены их главные города на Дону и Волге. Святослав даже планировал обосноваться в этом регионе, став преемником разрушенного им государственного образования. Затем русские дружины выступили на Дунай, где захватили город Переяслав (ранее принадлежавший болгарам), который Святослав решил сделать своей столицей. Подобные политические амбиции показывают, что киевские князья еще не связывали идею политического центра своей империи именно с Киевом. Опасность, пришедшая с Востока, — нашествие печенегов, заставила киевских князей больше внимания уделять внутреннему устройству собственного государства.

В 980 г. власть в Киеве захватил кн. Владимир. Одним из важнейших политических действий этого князя было принятие официального религиозного вероисповедания. На выбор были: ислам, исповедуемый волжскими болгарами; католичество, привнесенное миссионерами из Германии, иудаизм, проповедуемый хазарами; греческое православие (константинопольские миссионеры неоднократно предлагали его русским князьям. Кн. Ольга, например, приняла православие еще в 957 г.). Принятию христианства предшествовала первая религиозная реформа князя Владимира: он существенно сократил численность пантеона языческих богов, выделив приоритет одного из них — Перуна. Выбор вероучения имел важные политические последствия. Еще более тесными стали связи Руси с Византией. Они подкреплялись браками членов княжеских семей и константинопольских императоров. После крещения населения Руси (988) Церковь приобрела в государстве официальный статус. В связи с этим установился порядок сбора десятины в доход церкви Богородицы в Киеве и был введен статут о церковных судах (1010). В 1037 г. кн. Ярослав заключил с византийскими властями соглашение о статусе Русской Церкви. Последняя организовывалась как церковная епархия константинопольского Патриарха с митрополитом в Киеве. Епископы назначались по рекомендации киевского князя. Первым русским по происхождению митрополитом был Илларион (1051). В своем трактате «Слово о Законе и Благодати» Илларион отмечал божественную сущность государства, подчеркивал наследственное происхождение власти, выводя родословную современных князей от «старого Игоря». В трактате затрагивается ряд проблем о соотношении закона и истины, о роли закона — правды в реализации верховной власти, о правовом статусе верховной власти, ее целях и задачах. Закон понимается как первая ступень в организации общественной жизни, как приготовление к истине, свет которой он отражает. Происхождение власти Илларион связывает с Божественным промыслом, лучшим способом ее приобретения он считает наследование престола. Князь, будучи самодержцем, обязан блюсти закон и интересы народа, опираться на совет бояр. Митрополит рисует образ правителя христианского типа и впервые ставит вопрос об ответственности князя перед подданными. Он вводит в политике-правовую идеологию понятие «правда», юридический термин, включающий в себя нравственную мотивацию. Илларион различает понятие закона как внешнего предписания, регулирующего посредством запретов поведение человека в обществе, и истины, достижение которой придает высокий нравственный статус христианину. При этом становится ненужной регулятивная деятельность закона: последний сравнивается со светом луны, а истина — с лучами солнца. Политико-правовые идеи Иллариона оказали определенное влияние на созданный при Ярославе (1054) первый писаный свод русского права — Русскую Правду.

Возникновение Древнерусского государства естественно сопровождалось формированием древнерусского феодального права. Первым источником его были обычаи, перешедшие в классовое общество из первобытнообщинного строя и ставшие теперь обычным правом. Но уже с X в. мы знаем и княжеское законодательство. Особое значение имеют уставы Владимира Святославича, Ярослава, внесшие важные нововведения в финансовое, семейное и уголовное право. Наиболее же крупным памятником древнерусского права является Русская Правда, сохранившая свое значение и в следующие периоды истории, и не только для русского права. История Русской Правды достаточно сложна. Вопрос о времени происхождения ее древнейшей части в науке спорен. Некоторые авторы относят его даже к VII в. Однако большинство современных исследователей связывают Древнейшую Правду с именем Ярослава Мудрого. 

Первоначальный текст Русской Правды до нас не дошел. Однако известно, что сыновья Ярослава во второй половине XI в. существенно дополнили и изменили его, создав так называемую Правду Ярославичей. Объединенные потом переписчиками Правда Ярослава и Правда Ярославичей составили основу так называемой Краткой редакции Русской Правды. Владимир Мономах произвел еще более крупную переработку этого закона. В результате сложилась Пространная редакция. В последующие века создавались новые редакции Русской Правды, 

С введением христианства на Руси стало складываться каноническое право, основанное в большой мере на византийском законодательстве.

Вся совокупность законов и правовых обычаев создала основу довольно развитой системы древнерусского права. Как всякое феодальное право, оно было правом-привилегией, т. е. закон прямо предусматривал неравноправие людей, принадлежащих к разным социальным группам. Так, холоп не имел почти никаких человеческих прав. Весьма ограничена была правоспособность смерда, закупа. Зато права и привилегии верхушки феодального общества охранялись в усиленном порядке.

Древнерусское законодательство знало довольно развитую систему норм, регулирующих имущественные отношения. В законе отражаются отношения собственности. Предусмотрена правовая защита как недвижимого, так и движимого имущества. Феодализм характеризуется наличием полной собственности феодала на средства производства и неполной собственности на работника. При этом феодально зависимый крестьянин также наделен определенными средствами производства. Феодальная собственность на Руси возникает на базе распада первобытнообщинных отношений.

Обязательства возникали из причинения вреда и из договоров. Например, человек, нанесший ранение другому человеку, кроме уголовного штрафа должен был оплатить убытки потерпевшего, в том числе услуги врача. 

Для древнерусского обязательственного права характерно обращение взыскания не только на имущество, но и на саму личность должника, а порой даже на его жену и на детей. Так, злостного банкрота можно было продать в холопы.

Русская Правда знает определенную систему договоров. Наиболее полно регламентирован договор займа. Это явилось следствием восстания киевских низов в 1113 г. против ростовщиков. Владимир Мономах, призванный боярами, чтобы спасти положение, принял меры к упорядочению процентов по долгам, несколько ограничив аппетиты ростовщиков. Закон в виде объекта займа предусматривает не только деньги, но и хлеб, мед. Существуют три вида займа: обычный (бытовой) заем, заем, совершаемый между купцами, с упрощенными формальностями, заем с самозакладом - закупничество. Предусматриваются различные виды процентов в зависимости от срока займа.

В Русской Правде упоминается и договор купли-продажи. Закон больше всего интересуют случаи купли-продажи холопов, а также краденого имущества.

Русская Правда упоминает также о договоре хранения (поклажи). Поклажа рассматривалась как дружеская услуга, была безвозмездной и не требовала формальностей при заключении договора.

Феодализму не свойствен наемный труд. Тем не менее Русская Правда упоминает об одном случае договора личного найма: наем в тиуны (слуги) или ключники. Если человек поступал на такую работу без специального договора, он автоматически становился холопом. В законе упоминается также о наймите, однако некоторые исследователи отождествляют его с закупом.

Можно, очевидно, говорить о существовании в Древнерусском государстве договоров перевозки, а также комиссии. Русская Правда в ст. 54 упоминает о купце, который мог пропить, проиграть или испортить чужой товар, данный ему то ли для перевозки, то ли для продажи. Отчетливо виден договор комиссии в следующей статье, где иностранный купец поручает русскому продать на местном торге свои товары.

Порядок заключения договоров был преимущественно простым. Обычно применялась устная форма с совершением некоторых символических действий, рукобитья, связывания рук и т. п. В некоторых случаях требовались свидетели. Имеются определенные сведения и о зарождении письменной формы заключения договора о недвижимости.

Наследственное право характеризовалось открыто классовым подходом законодателя. Так, у бояр и дружинников наследовать могли и дочери, у смердов же при отсутствии сыновей имущество считалось выморочным и поступало в пользу князя. В науке был спорен вопрос о существовании в Древней Руси наследования по завещанию. На наш взгляд, следует согласиться с теми авторами, которые решают данный вопрос положительно. На это указывают законодательство, а также практика. Завещания были, конечно, устными.

При наследовании по закону, т. е. без завещания, преимущества имели сыновья умершего. При их наличии дочери не получали ничего. На наследников возлагалась лишь обязанность выдать сестер замуж. Наследственная масса делилась, очевидно, поровну, но младший сын имел преимущество - он получал двор отца. Незаконные, дети наследственных прав не имели, но если их матерью была роба-наложница, то они вместе с ней получали свободу.

В законодательстве нет указаний на наследование восходящих родственников (родители после детей), а также боковых (братьев, сестер). Другие источники дают основание предполагать, что первое исключалось, а второе допускалось.

Закон нигде не говорит о наследовании мужа после жены. Жена тоже не наследует после мужа, но остается управлять общим хозяйством, пока оно не будет разделено между детьми. Если это имущество будет делиться между наследниками, то вдова получает определенную сумму на прожиток. Если вдова вторично выходит замуж, она ничего не получает из наследства первого мужа.

Семейное право развивалось в Древней Руси в соответствии с каноническими правилами. Первоначально здесь действовали обычаи, связанные с языческим культом. Существовало похищение невест, многоженство. По "Повести временных лет" тогдашние мужчины имели двух-трех жен. А великий князь Владимир Святославич до крещения имел пять жен и несколько сотен наложниц. С введением христианства устанавливаются новые принципы семейного права - моногамия, затрудненность развода, бесправие внебрачных детей, жестокие наказания за внебрачные связи, пришедшие к нам из Византии.

По византийскому праву существовал довольно низкий брачный возраст: 12 - 13 лет для невесты и 14 - 15 лет для жениха. В русской практике известны и более ранние браки. Не случайно, очевидно, выдвигалось требование согласия родителей на брак. Заключению брака предшествовало обручение, которому придавалось решающее значение. Брак совершался и регистрировался в церкви. Церковь взяла на себя регистрацию и других важнейших актов гражданского состояния - рождения, смерти, что давало ей немалый доход и господство над человеческими душами. Следует отметить, что церковный брак встречал упорное сопротивление народа. Если он быстро был воспринят господствующей верхушкой, то среди трудящихся масс новые порядки приходилось вводить силой, и это заняло не один век. Впрочем, в полной мере византийское семейное право на Руси вообще не применялось.

Вопрос об имущественных отношениях между супругами не совсем ясен. Однако очевидно, что жена имела определенную имущественную самостоятельность. Во всяком случае закон допускал имущественные споры между супругами. Жена сохраняла право собственности на свое приданое и могла передавать его по наследству.

Дети находились в полной зависимости от родителей, особенно от отца, имевшего над ними почти безграничную власть.

Древнерусское законодательство большое внимание уделяет уголовному праву. Ему посвящено много статей Русской Правды, уголовно-правовые нормы есть и в княжеских уставах.

Своеобразно трактует Русская Правда общее понятие преступления: преступно только то, что причиняет непосредственный ущерб конкретному человеку, его личности или имуществу. Отсюда и термин для обозначения преступления - "обида". В княжеских уставах можно встретить и более широкое понимание преступления, охватывающее и некоторые формальные составы. Это заимствовано из византийского канонического права.

Соответственно пониманию преступления как "обиды" строится в Русской Правде и система преступлений. Русская Правда знает лишь два рода преступлений - против личности и имущественные. В ней нет ни государственных, ни должностных, ни иных родов преступлений. Это не означало, конечно, что выступления против княжеской власти проходили безнаказанно. Просто в таких случаях применялась непосредственная расправа без суда и следствия. Вспомним, как поступила княгиня Ольга с убийцами своего мужа.

В уголовном праве особенно ярко проявляется классовая природа феодального права, открыто встающего на защиту господствующего класса и пренебрегающего интересами трудящихся. Это отчетливо видно при рассмотрении отдельных элементов состава преступления. Так, субъектом преступления может быть любой человек, кроме холопа. За действия холопа отвечает его господин. Однако в некоторых случаях потерпевший может сам расправиться с холопом-обидчиком, не обращаясь к государственным органам, вплоть до убийства холопа, посягнувшего на свободного человека.

Русская Правда не знает еще возрастного ограничения уголовной ответственности, понятия невменяемости. Состояние опьянения не исключает ответственности. В литературе высказывалось суждение, что опьянение по Русской Правде смягчало ответственность (убийство на пиру). В действительности при убийстве в драке имеет значение не состояние опьянения, а элемент простой ссоры между равными людьми. Больше того, Русская Правда знает случаи, когда опьянение вызывает повышенную ответственность. Так, если хозяин бьет закупа под пьяную руку, то теряет этого закупа со всеми его долгами; купец, пропивший доверенный ему чужой товар, отвечает не только в гражданском, но и в уголовном порядке, притом весьма строго.

Русской Правде известно понятие соучастия. Эта проблема решается просто: все соучастники преступления отвечают поровну, распределение функций между ними пока не отмечается.

Русская Правда различает ответственность в зависимости от субъективной стороны преступления. В ней нет различия между умыслом и неосторожностью, но различаются два вида умысла - прямой и косвенный. Это отмечается при ответственности за убийство: убийство в разбое карается высшей мерой наказания - потоком и разграблением, убийство же в "сваде" (драке) - только вирой. Впрочем, некоторые исследователи полагают, что здесь ответственность зависит не от формы умысла, а от характера самого преступления: убийство в разбое - это низменное убийство, а убийство в драке все-таки как-то может быть оправдано с моральной точки зрения. По субъективной стороне различается и ответственность за банкротство: преступным считается только умышленное банкротство. Состояние аффекта исключает ответственность.

Что касается объективной стороны состава преступления, то подавляющее число преступлений совершается путем действия. Лишь в весьма немногих случаях наказуемо и преступное бездействие (утайка находки, длительное невозвращение долга).

Русская правда знает лишь два родовых объекта преступления - личность человека и его имущество. Отсюда, как уже упоминалось, только два рода преступлений. Однако каждый из родов включает в себя довольно разнообразные виды преступлений. Среди преступлений против личности следует назвать убийство, телесные повреждения, побои, оскорбление действием. Княжеские уставы знают и состав оскорбления словом, где объектом преступления является преимущественно честь женщины.

В уставах князей Владимира Святославича и Ярослава рассматриваются также половые преступления и преступления против семейных отношений, подлежащие церковному суду, - самовольный развод, прелюбодеяние, похищение женщины, изнасилование и др.

Среди имущественных преступлений наибольшее внимание Русская Правда уделяет краже (татьбе). Наиболее тяжким видом татьбы считалось конокрадство, ибо конь был важнейшим средством производства, а также и боевым имуществом. Известно и преступное уничтожение чужого имущества путем поджога, наказуемое потоком и разграблением. Суровость наказания за поджог определяется, очевидно, тремя обстоятельствами. Поджог - наиболее легкодоступный, а потому и наиболее опасный способ уничтожения чужого имущества. Он нередко применялся как средство классовой борьбы, когда закабаляемые крестьяне хотели отомстить своему господину. Наконец, поджог имел повышенную социальную опасность, поскольку в деревянной Руси от одного дома или сарая могло сгореть целое село или даже город. В зимних условиях это могло привести и к гибели массы людей, оставшихся без крова и предметов первой необходимости.

В княжеских уставах предусматривались и преступления против церкви, а также против семейных отношений. Церковь, насаждая новую форму брака, усиленно боролась против остатков языческих порядков.

Система наказаний Русской Правды еще довольно проста, а сами наказания сравнительно мягкие.

Высшей мерой наказания, как уже отмечалось, был поток и разграбление. Сущность этой меры не совсем ясна. Во всяком случае, в разное время и в разных местах поток и разграбление понимался по-разному. Иногда это означало убийство осужденного и прямое растаскивание его имущества, иногда - изгнание и конфискацию имущества, иногда - продажу в холопы.

Следующей по тяжести мерой наказания была вира, назначавшаяся только за убийство. Если за преступника расплачивалась его вервь, то это называлось дикой вирой.

До второй половины XI в. в качестве наказания за убийство применялась кровная месть, отмененная в Русской Правде сыновьями Ярослава Мудрого.

За основную массу преступлений наказанием была так называемая продажа - уголовный штраф. Ее размеры были различны в зависимости от преступления.

Виры и продажи, шедшие в пользу князя, сопровождались возмещением ущерба потерпевшему или его семье. Вире сопутствовало головничество, размер которого нам неизвестен, продаже - урок.

За преступления, отнесенные к компетенции церковного суда, применялись специфические церковные наказания - эпитимьи. Так, византийский закон предусматривал, например, за блуд с сестрой 15 лет "поститися и плаката"; легкой эпитимьей считались 500 поклонов в день. Эпитимья часто соединялась с государственной карой. По мнению С. В. Юшкова, церковь применяла кроме эпитимий членовреди-тельные наказания и тюремное заключение.

Древнерусское право еще не знало достаточно четкого разграничения между уголовным и гражданским процессом, хотя, конечно, некоторые процессуальные действия (например, гонение следа, свод) могли применяться только по уголовным делам. Во всяком случае и по уголовным, и по гражданским делам применялся состязательный (обвинительный) процесс, при котором стороны равноправны и сами являются двигателем всех процессуальных действий. Даже обе стороны в процессе назывались истцами.

Русская Правда знает две специфические процессуальные формы досудебной подготовки дела - гонение следа и свод.

Гонение следа - это отыскание преступника по его следам. Закон предусматривает специальные формы и порядок проведения этого процессуального действия. Если след привел к дому конкретного человека, считается, что он и есть преступник (ст. 77 Троицкого списка). Если след привел просто в село, ответственность несет вервь (община). Если след потерялся на большой дороге, то на этом поиск прекращается.

Институт гонения следа надолго сохранился в обычной практике. В некоторых местах, в Западных районах Украины и Белоруссии, он применялся вплоть до XVIII в., обычно по делам об угоне скота.

Если ни утраченная вещь, ни похититель не найдены, потерпевшему ничего не остается, как прибегнуть к закличу, т. е. к объявлению на торговой площади о пропаже, в надежде, что кто-нибудь опознает украденное или потерянное имущество у другого лица. Человек, у которого обнаружится утраченное имущество, может, однако, заявить, что он приобрел его правомерным способом, например купил. Тогда начинается процесс свода. Владелец имущества должен доказать добросовестность его приобретения, т. е. указать лицо, у которого он приобрел вещь. При этом требуются показания двух свидетелей или мытника - сборщика торговых пошлин.

Закон предусматривает определенную систему доказательств. Среди них важное место занимают показания свидетелей. Древнерусское право различало две категории свидетелей - видоков и послухов. Видоки - это свидетели, в современном смысле слова - очевидцы факта. Послухи - более сложная категория. Это лица, которые слышали о случившемся от кого-либо, имеющие сведения из вторых рук. Иногда под послухами понимали и свидетелей доброй славы сторон. Они должны были показать, что ответчик или истец - люди, заслуживающие доверия. Не зная даже ничего о спорном факте, они просто как бы давали характеристику той или иной стороне в процессе. Впрочем, уже Русская Правда не всегда выдерживает четкое различие между послухами и видоками. Характерно, что и в применении свидетельских показаний появляется элемент формализма. Так, по некоторым гражданским и уголовным делам требовалось определенное число свидетелей (например, два свидетеля заключения договора купли-продажи, два видока при оскорблении действием и т. д.).

В Древнерусском государстве появляется и целая система формальных доказательств - ордалии. Среди них следует назвать судебный поединок - "поле". Победивший в поединке выигрывал дело, поскольку считалось, что бог помогает правому. В Русской Правде и иных законах Киевского государства о поле не упоминается, что дало основание некоторым исследователям сомневаться в его существовании. Однако иные источники, в том числе иностранные, говорят о практическом применении поля.

Другим видом суда божьего были испытания железом и водой. Испытание железом применялось тогда, когда не хватало иных доказательств, причем в более серьезных случаях, чем испытание водой. Русская Правда, посвящающая этим ордалиям три статьи, не раскрывает техники их проведения. Более поздние источники сообщают, что испытание водой проводилось путем опускания связанного человека в воду, причем если он тонул, то считался выигравшим дело.

Особым видом доказательства была присяга - "рота". Она применялась, когда не было других доказательств, но, разумеется, по небольшим делам. Ротой можно было подтвердить наличие какого-нибудь события или, наоборот, его отсутствие.

В некоторых случаях имели доказательственное значение внешние признаки и вещественные доказательства. Так, наличие синяков и кровоподтеков было достаточно для доказательства избиения.

Исследователи полагают, что в церковном суде применялся и инквизиционный (розыскной) процесс со всеми его атрибутами, в том числе и с пыткой.

В Русской Правде видны определенные формы обеспечения исполнения судебного решения, например, взыскание виры с убийцы. Специальное должностное лицо - вирник приезжал в дом осужденного с многочисленной свитой и терпеливо ждал уплаты виры, получая каждый день обильное натуральное содержание. В силу этого преступнику выгодней было как можно быстрее разделаться со своим долгом и избавиться от неприятных гостей.

Древнерусское Киевское государство явилось важнейшей вехой в истории народов нашей страны и его соседей в Европе и Азии. Древняя Русь стала крупнейшим для своего времени европейским государством. Ее площадь составляла более 1 млн км², а население - 4,5 млн. человек. Естественно, что она оказала сильнейшее влияние на судьбы мирового исторического процесса.

Древнерусское государство, созданное древнерусской народностью, явилось колыбелью трех крупнейших славянских народов - великороссов, украинцев и белорусов.

Киевская Русь с самого начала была полиэтническим государством. Народы, в нее вошедшие, продолжали потом свое развитие в составе других славянских государств, ставших преемниками Древней Руси. Одни из них ассимилировались, добровольно утратили свою этническую самостоятельность, другие же сохранились до наших дней.

В Древнерусском государстве сложилась форма раннефеодальной монархии, которая сохранилась потом и у ее преемников на протяжении нескольких веков.

Учебные ориентиры:

Возникновение государственности у восточных славян. Образование древнерусского феодального государства. Норманнская и отечественная теория происхождения древнерусского государства. Древнерусское государство как раннефеодальная монархия. Высшие органы власти и управления: великий князь и совет при нем, местное управление. Система управления. Сюзеренитет-вассалитет. Административная реформа. Дворцово-вотчинная система управления. Возникновение и развитие древнерусского феодального права. Источники права. Обычай. Племенные Правды. Закон Русский. Договоры с Византией. Церковные уставы. Русская Правда. Правовое положение населения. Уголовное, обязательственное, семейное, наследственное право. Преступление, наказание и судопроизводство.